Джонни Кэш на Шоу Ларри Кинга. 26 Ноября, 2002 года. Часть 1

ЛАРРИ КИНГ, ведущий шоу на CNN: Человек в чёрном вернулся. Эксклюзивное часовое интервью с Джонни Кэшем в программе КИНГ LIVE.

КИНГ: Вы записывались на Sun Records?

КЭШ: Да, на Sun Records.

КИНГ: В то же время, что и Элвис?

КЭШ: Да, Элвис тоже записывался там.

КИНГ: Почему их сотрудничество не сложилось?

КЭШ: Я не знаю. Наверное, дело в деньгах. Элвиса «выкупили» Sun Records. Он был нужен многим, всё кружилось вокруг него.

КИНГ: Тогда вы понимали его величие?

КЭШ: Думаю - да. Все, кто видел его выступление, понимали, что он велик. 

КИНГ: Да. Ладно, Джонни, в первую очередь – как ваши дела, как здоровье?

КЭШ: Всё хорошо, спасибо.

КИНГ: У вас такой вид, будто вам приходится напряжённо работать и что здоровье «шалит».

КЭШ: Это так, я много работаю, а здоровье оставляет желать лучшего. За последние четыре года я болел пневмонией четыре раза. Это измождает. Я даже хожу с трудом.

КИНГ: Связана ли эта пневмония с вегетативной невропатией, которой вы страдаете.

КЭШ: Вегетативной невропатией. Да.

КИНГ: Что это за недуг?

КЭШ: Как я понимаю, эта болезнь вызывает отмирание нервных клеток в нервных окончаниях нижних конечностей, иногда не только нижних.

У меня болезнь коснулась только ног. А лёгкие поразила пневмония.

КИНГ: Является ли пневмония последствием невропатии? И как у вас обнаружилась эта болезнь?

КЭШ: Это было в  1993 году. Меня госпитализировали от того… что я впал в кому. Я был в коме 12 дней. Они думали, что я умираю, но не могли поставить диагноз. Спустя некоторое время мне диагностировали  Синдром Шая-Дреджера - наследственная миелоэнцефалопатия. Спустя ещё несколько месяцев врачи сменили его на болезнь Паркинсона. А ещё позже – и этот диагноз оказался ложным. В конце концов,  мне поставили вегетативную невропатию.

КИНГ: Наконец, верный диагноз.

КЭШ: Наконец, верный. Я смирился. Это – медленный процесс, проходящий в нервных окончаниях.

КИНГ: Неизлечимый?

КЭШ: Неизлечимый. Но ничего страшного. Жизнь тоже неизлечима.

КИНГ: Вы можете петь?

КЭШ: Да, могу.

КИНГ: То есть вы можете выйти на сцену и спеть?

КЭШ: Ну, я больше не даю концертов, из-за всех этих переездов, самолетов, автомобилей, отелей и прочего. За кулисами темно и я почти ничего не вижу. Зрение ухудшилось от невропатии. И диабета.

КИНГ: Но вы всё ещё можете записывать.

КЭШ: Да. Я могу записывать. Я много времени провожу в студии. Я сублимирую энергию от концертных туров для работы в студии, и мне это нравится.

КИНГ: Вам горестно?

КЭШ: Горестно? Нет.

КИНГ: Вы злитесь? Вы - молоды. Вам всего-то 70.

КЭШ: Нет, мне не горестно. С чего бы мне горевать? Я люблю жизнь. Жизнь – это дар Божий. Она даётся нам свыше, и это прекрасно. Я много бывал у вас, Ларри, и каждый раз я был на подъёме. Помните?

КИНГ: Да.

КЭШ: Всё было хорошо. Всё шло и идёт к лучшему.

КИНГ: Так вы ни о чём не жалеете?

КЭШ: Никаких сожалений.

КИНГ: И никаких мыслей вроде «почему Господь так со мной поступил»?

КЭШ: О, Нет. Нет. Я никогда не буду злиться на Бога. Именно он был моей опорой во всех лишениях.

КИНГ: Вы что-то помните из своего пребывания в коме?

КЭШ: Я помню голоса в комнате. Помню, что они говорили. Я не мог ответить. Я бывал в коме несколько раз – трижды от пневмонии, если быть точным. И я хотел встать и сказать им: «эй, я не умираю, я тут, я всё слышу!».

КИНГ: Каково это?

КЭШ: … я слышал разговоры людей в комнате. Рано или поздно они приводили к одному: «если он умрет…».

КИНГ: И вы лежали и слышали всё это.

КЭШ: Лежал и слышал всё это. Много и часто. Очень много таких разговоров…

КИНГ: И вы не могли двинуться?

КЭШ: ...ни движения в течение очень долгого времени. Ни движения, ни способности ответить. Нет.

КИНГ: Как считаете, Джонни, ваш недуг, пневмония, - насколько он явился последствием вашего пристрастия к наркотикам в 90-ых?

КЭШ: Я не сваливаю всю вину на наркотическую зависимость.

КИНГ: Нет?

КЭШ: Вовсе нет. Думаю, дело не в ней. Люди говорят, что тела «изнашиваются».  Наверное, так со мной и случилось. Но я рад, ведь столько всего сделано: песни, записи, концерты, туры… Всё это приносило мне радость, и, я надеюсь, люди чувствовали то же самое.

КИНГ: Вы так и не остановились.

КЭШ: Не останавливался до 1993. Нет… Всё же никогда.

КИНГ: В 60-ых к чему было ваше пристрастие?

КЭШ: В 60-ых – к амфетаминам и барбитуратам.

КИНГ: Амфетамины – чтобы оставаться «на ходу».

КЭШ: Aга.

КИНГ: Барбитураты – чтобы «вырубится» после амфетаминов.

КЭШ: Верно.

КИНГ: Каково это было – выступать под действием веществ?

КЭШ: Ну, некоторое время всё было в порядке. Некоторое время. Когда я впервые принял наркотики, я подумал, что это именно то, что Бог хотел, чтобы я делал. Сложилось такое ощущение, что Господь сам даровал мне эти таблетки. Но это страшное заблуждение открылось мне позднее. Сам дьявол пришёл ко мне в таком обличии.

Читайте также о том, как легендарный блюзмен Эрик Клэптон, на протяжении многих лет боролся с наркотической зависимостью и алкоголизмом.

 
© 2017 Johnny Cash
Контакты Полезные ресурсы